– Собственной важностью?

– Напоминал распушившего хвост павлина.

– Если ты чем и знаменита, Мокси, то уж не ранними подъемами.

– Я вообще не знаменита. Пока. А спать поздно я научилась в драматической студии.

– Правда?

– Да. Занятия там начинались после полудня.

– Этим артисты отличаются от всех прочих.

– Я не знаю, когда начинается ночная смена в газете, Флетч, но эта красная лягушка, ползущая над океаном – заходящее солнце. А если я не ошибаюсь, от твоей драгоценной редакции нас отделяют семь часов быстрой езды.

– Я теперь другой человек.

– Другой?

– Меня уволили.

– Однако, – на пару секунд она даже перестала жевать. – Тебе же нравилась эта работа.

– За нее еще и платили.

– Ты можешь найти работу в другой газете. Так ведь?

– Я в этом сомневаюсь.

– Что случилось?

– Длинная история. Запутанная.

– А ты расскажи. В самых общих чертах. Если я чегото не пойму сразу, то смогу задать тебе вопрос-другой. Так?

– В общем, мне поручили написать проходную статью о мало кому известной компании, и я, похоже, обманул читателей. Всю информацию я получал от одного парня по фамилии Блейн. Чарлз Блейн. Вице-президент и начальник финансового отдела. Он принес мне ворох служебных записок, направленных ему председателем совета директоров компании, Томом Бредли, и сказал, что я могу ссылаться на них. Что я и сделал.

– Так в чем же твоя ошибка?

– Том Бредли умер два года тому назад.

– Умер?

– Умер.

– Совсем умер?

– Сейчас он мертвее романтики.

– Ты цитировал умершего человека?

– И очень подробно. Мокси хихикнула.

– По-моему, в этом нет ничего плохого.